«‎Мне стыдно, что я не привился»: репортаж из ковидного отделения, где медики борются с отчаянием, одиночеством и смертью

Сегодня был преодолен критический предел пациентов, находящихся в палатах интенсивной терапии. Сейчас там проходит лечение 51 пациент. Новостная служба Yle побывала в ковидном отделении расположенной в Лахти больницы.

Ээрика Пуолитайвал и Йоуни Марттинен. Изображение: Yle / Jaani Lampinen

– В реанимационном отделении родился ребенок, его тут же забрали у матери и перевели в детскую реанимацию. Мать лежала в палате интенсивной терапии с ковидом, а отец болел дома.

Этот сюжет надолго запомнился медсестре Ээрике Пуолитайвал, которая работает в Лахти, в Центральной больнице региона Пяйят-Хяме на отделении заболеваний легких. В пандемию ее отделение было переоборудовано в ковидное. Здесь лечат больных с коронавирусом – иногда целые семьи. Возраст пациентов варьируется от младенцев до стариков.

Пожилые больные с расстройствами памяти не всегда осознают, где они находятся. Иногда они пишут медсестрам письма с просьбой о помощи. Наркозависимых приходилось держать на отделении насильно, как то предписывает закон об инфекционных заболеваниях.

Ковидное отделение разделено на две зоны: грязную и чистую. Пациент может попасть в чистую зону только тогда, когда он больше не заразен, то есть обычно спустя 20 дней после заражения.

Коек в грязной зоне двадцать: они распределены по десяти изолированным палатам и трем палатам с изолированной системой вентиляции. Отделение уже почти заполнено. Сейчас пациентов девятнадцать.

В грязную зону не могут пройти посетители. Исключение делается только для близких неизлечимо больных пациентов.

Ээрика Пуолитайвал и другие медсестры всегда переходят из чистой зоны в грязную по одной схеме: сначала дезинфекция рук, потом маска со степенью защиты FFP3, затем медицинская шапочка, после этого защитный пластиковый халат, который застегивается сзади, и еще один раз дезинфекция рук. На руки надеваются резиновые перчатки, иногда сразу несколько пар. Никаких колец быть не должно.

После того как работа в грязной зоне закончена, в специальном помещении все защитные средства снимаются и тут же выбрасываются в мусор. Маска меняется на обычную хирургическую уже в чистой зоне. И несмотря на все меры предосторожности, риск заражения все равно существует.

За время своей смены Ээрика может переодеться до десяти раз и пройти до 10 тысяч шагов.

Ээрика Пуолитайвал. Изображение: Yle / Jaani Lampinen

Больша́я часть ковидных пациентов больницы Пяйят-Хяме не вакцинирована. Их риск оказаться на стационарном лечении из-за коронавируса в 19 раз превышает тот же риск у привитых. Самый типичный пациент – это мужчина трудоспособного возраста с избыточным весом.

Заражение для большинства пациентов оказывается полной неожиданностью. Так произошло и с лежащим в ковидном отделении 57-летний Йоуни Марттиненом. Он был уверен, что затянувшаяся высокая температура – это всего лишь обычный осенний грипп. Даже вкуса он не терял.

– Обычно я не переживаю по мелочам. Но потом я попытался поменять шины в машине приятеля – и не смог. А вскоре я уже не мог есть.

Без хронических болезней, всю жизнь занимавшийся физкультурой Марттинен медлил с прививкой. Поэтому в одно ноябрьское воскресенье его привезли к медикам на скорой – только уже лечиться. Показатели воспалительных процессов зашкаливали, сатурация была слишком низкой. Мужчину направили в отделение интенсивной терапии. Сам он называет это «‎лечением от астронавтов» из-за защитного облачения медработников.

К счастью, ни аппарат искусственной вентиляции легких, ни кислородная палатка ему не понадобилась, но ему все равно давали и до сих пор дают дополнительный кислород. По его словам, самое страшное в течении ковида было ощущение, что задыхаешься.

– Я пытался успокоиться, напевая песни из детства, которые мама мне пела по вечерам, чтобы я заснул. Только так на меня находил сон. И я безмерно благодарен за то, что меня здесь так хорошо лечат.

Йоуни Марттинен. Изображение: Yle / Jaani Lampinen

Ээрика Пуолитайвал не всегда знает, приходя на работу, когда закончится ее смена и она сможет вернуться домой к детям. Переработки можно брать по желанию, но в рабочих графиках обычно не хватает одной или двух медсестер в смену. Ээрика старается не выходить в свободные дни, зато часто берет двойные смены: вечернюю после утренней или ночную после вечерней.

Медсестрам платят за переработки, но начальники считают, что это палка о двух концах. Многие сотрудники перерабатывают, потому что базовая зарплата такая низкая.

Ээрика говорит, что пациент не всегда осознает падение сатурации, то есть насыщенности крови кислородом. Самочувствие может быть нормальным, и больной может отсоединить носовой катетер, который еще называется кислородными усами. В таких ситуациях медседстры должны быть на шаг впереди: состояние пациентов, особенно непривитых, может ухудшиться очень резко.

Нервы на отделении тоже бывают на пределе. Пациенты бывают крайне раздражительными. Йоуни Марттинен тоже не стал исключением.

– Я не мог заснуть. Все было как в тумане. И я сорвался на медсестру. И мне очень обидно за это, потому что они всегда берут за руку и пытаются поддержать.

Здоровый человек вдыхает и выдыхает около 12 раз в минуту. Тяжелый коронапациент делает 30-40 вдохов и выдохов. Это связано с тем, что в легких развивается воспаление. При тяжелом течении ковида кислороду становится труднее поступать в организм. Поэтому пациентам дают дополнительный кислород, в том числе с помощью аппаратов ИВЛ.

Марттинен сравнивает чувство недостатка кислорода с тем, как он в молодости нырнул под лед на даче. Он не видел света, не мог ориентироваться в пространстве и просто пытался найти кромку льда.

– Кислородное голодание похоже на эти ощущения, только длится дольше. Возникает чувство, что ты этого не переживешь.

Изображение: Yle, источник: THL

Количество ковидных пациентов в больницах сейчас достигло рекордных показателей за все время пандемии. По данным THL, на 29 ноября была преодолена критическая отметка в 50 пациентов в отделениях интенсивной терапии. Сейчас в них лечится 51 человек. За выходные их число увеличилось на семь. В связи с этим медицинские власти будут вынуждены пересмотреть систему работы реанимационных.

В общей сложности на сегодняшний день из-за коронавируса в финских больницах проходит лечение 317 пациентов. Больше всего их находится в зоне ответственности Университетской больницы Хельсинки, в которую входит и Центральная больница Пяйят-Хяме.

Налогоплательщикам лечение ковидных больных обходится в круглую сумму. Одна доза инфузионной терапии стоит около тысячи евро. Кроме этого пациентам дают гепарин, который предупреждает развитие тромбозов. По данным медицинского округа Хельсинки и Уусимаа, стационарное лечение одного ковидного больного обходится примерно в 16 тысяч евро.

Марттинен тоже получил весь арсенал лекарственных средств. На интенсивной терапии он провел пять дней, потом его перевели в обычное ковидное отделение в изолированную палату. Еще через несколько дней он попал в чистую зону.

Путь в 30 метров он проделал на инвалидном кресле с кислородным баллоном. Для него такое резкое и серьезное ухудшение физического состояния и потеря мышечной массы стали шоком. Даже разговор ему дается с трудом.

– Поход в туалет в кресле такой же сложный, как тест Купера в молодости. Словами это не описать. Ощущение такое, что выложился по полной, хотя не самом деле вообще не выкладывался.

Из больницы Марттинен обзванивал всех, с кем виделся незадолго до болезни. Его мучало то, что он мог, сам того не зная, заразить кого-то коронавирусом. При этом он считает, что причины отказа от вакцинации могут быть разные: депрессия, маргинализация, одиночество.

– Никто не заражает другого нарочно. Я никогда не был образцом, но сейчас мне стыдно и досадно, что я не привился. Советую всем, особенно молодежи, серьезно относиться к тому, что говорят врачи. То, что я сейчас здесь, – это больше, чем выигрыш в лотерею. Я благодарен всем, кто работает по зову сердца и помогает мне.

Лента новостей