Финский переулок

Финский переулок 136. Suo#metoo: история финского колониализма

eatnameamet
Фото: Anssi Kömi / Eatnameamet.

В истории саамского народа не было большей трагедии, чем приход на их земли тех, кого сейчас принято отождествлять с развитой и просвещенной Европой. Лапландию разделили между четырьмя государствами, каждое из которых по-своему ущемляет права саамов. Даже Финляндия, оплот соблюдения прав человека, почему-то в случае саамских народов забывает о своей цивилизованности.

Когда мы слышим слово «‎колония», то сразу представляем далекие африканские, азиатские или южноамериканские страны, когда-то принадлежавшие европейским монархиям. При этом мало кто считает Туву или Дагестан колониями России, потому что они не отделены тысячами километров. И уж тем более никто не рассматривает вхождение Лапландии в такую милую и пушистую Финляндию как проявление колониализма. Кроме, разве что, самих саамов.

Крупнейшая нация без государства – это курды. Около 40 миллионов курдов распределены по нескольким странам, а независимый Курдистан так создать и не смогли. Саамы по сути являются европейскими курдами. Они разделены между Россией, Финляндией, Швецией и Норвегией и никогда не имели единого государственного образования. Саамы – единственный официально признанный коренной народ в Европейском союзе. А Финляндия признавать многие их права пока не торопится.

Захват и расчленение

Сейчас Лапландия – это романтизированный край нетронутой природы и диких северных оленей. Наши представления о ней складывались по рассказам о живущем на Севере Санта-Клаусе, по сказке Ганса Христиана Андерсена «‎Снежная королева» и по повести Сельмы Лагерлёф «‎Путешествие Нильса с дикими гусями». Но современные саамы активно протестуют против этой трактовки: они хотят, чтобы люди не умилялись их традициям, а осознавали несправедливость в отношении их народа.

Финны привыкли считать жертвами себя. Маленьким народом, зажатым в тисках больших держав. Но они забывают, что всегда найдется кто-то еще более маленький и слабый, на котором можно отыграться. О языковых притеснениях саамов я уже упоминал вот здесь, но ассортимент гонений на них со стороны всех соседей был намного шире.

Это и обращение саамов в христианскую веру, и изучение саамов на предмет их расовой принадлежности, и насильное офинивание саамских детей. И, конечно, фактический захват и расчленение традиционных земель саамов.

Саамы испокон веков жили на сиидах – территориальных образованиях, принадлежащих одной и нескольким семьям. Но государства Северной Европы с XVII века начали активно интересоваться природными богатствами края, и Швеция вела постоянные споры за Лапландию с Датско-норвежской унией. Потом же вообще оказалась закрыта граница между Российской империей и шведским королевством, что стало потрясением для саамов. Эта граница прошла прямо по местам выпаса северных оленей, а олень для саамов не просто животное, а образ жизни.

Финляндия никогда не захватывала Лапландию, не присоединяла её насильно. Этот регион достался ей в наследство от Швеции, но саамам от этого не легче. Сейчас около 90 процентов находящейся в пределах границ Финляндии территории саамских земель принадлежит финскому государству. И нет ни одного ясного исторического документа, который бы подтверждал их переход во владение шведской короны или российского императора, а затем – Финляндской республики. Наиболее остро этот вопрос встал в послевоенное время, когда саамы начали бороться за свою автономию, а финское правительство – разрабатывать месторождения полезных ископаемых на севере.

Борьба за права

После Лапландской войны, в 1945 году, была основана первая организация саамов Samii Litto, с которой началось их политическое сплочение. Общество организовало саамский музей, добивалось обучения саамов в школах на родном языке, участвовало в организации радиовещания и выпуске газеты на саамском, а также призывало отказаться от употребления слова lappalainen («‎лопарь»), поскольку считало его оскорбительным.

В пятидесятых годах государство решило построить на бурных лапландских реках гидроэлектростанции для обеспечения потребности развивающейся промышленности. Есть свидетельства, что госкомпания выкупала земли под водохранилища по бросовым ценам, угрожая принудительным отъемом или даже спаивая владельцев-саамов.

Вообще, Финляндия во многом ответственна за социокультурные проблемы Лапландии, в том числе с чрезмерным потреблением алкоголя. Кроме того, что государство старалось искоренить в саамах собственную культуру и традиции, за короткое время регион заставили перейти от оленеводства к промышленному капитализму. Многие не смогли приспособиться и нашли утешение на дне бутылки. Сейчас молодежь, как и в других частях Финляндии, пьет алкоголь все меньше и меньше, но еще в семидесятых крепкое спиртное стало чуть ли не национальным напитком Лапландии.

По-настоящему саамы начали активизироваться в политическом плане в шестидесятых годах прошлого века. В семидесятых правительство назначило специальную комиссию, которая должна была внести предложения по улучшению положения саамов. Но понадобилось еще двадцать лет, прежде чем изменения были оформлены законодательно. В начале 90-х появился первый закон о соблюдении языковых прав саамов. Прошлогодний опрос, проведенный по заказу министерства юстиции, показал, однако, что права в этой области соблюдаются далеко не всегда. В 1995 году в конституции закрепили статус саамов как коренного народа. Годом позднее в Инари заработал Саамский парламент Финляндии.

Хотя законы уже 25 лет на бумаге гарантируют участие саамов в принятии решений, касающихся их региона, на деле этого зачастую не происходит. Из последних примеров можно назвать ограничение прав на рыболовство на реке Тено в 2015 году, подготовка проекта железной дороги до Северного Ледовитого океана в 2017 году или изменения в законе о горнодобывающей деятельности в 2018 году. Ни в одном из этих случаев мнения Саамского парламента не спросили.

Непростая ситуация сложилась и с важным для саамов документом – Конвенцией о коренных народах и народах, ведущих племенной образ жизни в независимых странах, также известной как Конвенция 169. Она была принята в 1989 году Международной организацией труда в составе ООН, и в том же году ее подписала Финляндия. Подписать-то подписала, но до сих пор не ратифицировала.

Отчасти причиной этого стали политические баталии, а правительства одно за другим оставляли процесс ратификации следующим кабинетам министров. Отчасти нератификация связана с внутрисаамскими разногласиями. Среди саамов нет единого мнения, кого можно считать саамом. Слишком «‎офиневших» саамов хотят лишить статуса и права голоса на выборах в Саамский парламент, а они отстаивают свои права считаться частью коренного народа.

saamelaiset
Фото: Yle/ Mikko Lehtola

Тихая битва

Последние несколько лет стали в некотором смысле поворотными в отношениях саамов и финнов. В первую очередь благодаря молодым представителям саамского меньшинства, активно рассказывающим о своем народе в соцсетях.

Два года назад вышла книга «‎Против ветра. Насильное офинивание саамского народа». Ее составили две финские журналистки, но на страницах книги они дали слово исключительно самим саамам. Те рассказали о том, как народ на протяжении многих десятилетий лишали собственной культуры и как свысока финны относятся к саамам и их проблемам.

Весной этого года режиссер родом из Киттиля Суви Вест выпустила документальный фильм «‎Eatnameamet – Наша тихая битва», который шел даже в кинотеатрах. В нем рассказывается о политике финского государства в отношении саамов и об отношении саамов к туризму в Лапландию.

Суви Вест, как и другие известные саамы вроде сестер Нуоргам, не стесняются говорить о травмах своего народа, о несправедливости, которую ему пришлось пережить и до сих пор приходится. Они макают в эти темы финнов, как нашкодивших котят, и не согласны оставаться дружелюбными и молчать о ранах.

В прошлом месяце на Yle вышел восьмисерийный реалити-фильм о Миисе Нуоргам «‎Несломленная». Он посвящен пути девушки к рождению ребенка и одновременно к ее саамским корням, потому что она родилась и выросла в Тампере и никогда не говорила по-саамски. В сериале она поступает в Саамский университет, расположенный в Северной Норвегии, и отправляется учить северносаамский язык.

Ее сестра Эмми Нуоргам выступает в различных СМИ и социальных сетях нередко с очень хлесткими высказываниями. В своей прошлогодней колонке на Yle она высказалась против того, что финны считают саамов «‎собственным» коренным народом. «Каждый приезжающий на саамскую землю турист заслуживает урок об отношении саамов к природе и об их культуре, которая исчезнет, если будет уничтожена окружающая ее природа‎», – написала она.

Последние новости

Muualla Yle.fi:ssä