Новости |

Людмила Улицкая: "Моя задача как писателя - предложить людям думать самостоятельно"

Известная писательница Людмила Улицкая представила в Финляндии свой последний роман, "Зеленый шатер", который недавно был переведен на финский язык. Русская служба новостей побеседовала с писательницей о геополитике, эмиграции, инфантилизме, свойственном современному обществу, и, конечно же, о литературе.

Ulitskaja Ljudmila
Людмила Улицкая в Хельсинки Фото: Yle

– Одной из главных тем «Зеленого шатра» является взросление, становление личности. Как вы считаете, современное поколение взрослеет медленнее или быстрее тех людей, о которых пишете вы?

– Вспомните, когда Пушкин учился в лицее, то ученики выпускались в 17-18 лет. Эти мальчики сразу же начинали заниматься важной государственной работой. Из них воспитывали, как бы мы это сейчас назвали, управленцев. Однокашники Пушкина получали должности товарища министра -  в нынешней терминологии замминистра. И все это в 18 лет. Сейчас человек в 18 лет, оканчивающий школу, дай Бог если знает, кем он хочет стать. Будущее, когда он станет кем-то, скрыто в тумане. Это такое качество цивилизации, имеющее под собой некую биологическую основу. Чем ниже по эволюционной шкале находится существо, тем  меньше оно зависит от родительской заботы. Млекопитающие же без родителей практически не выживают. Так и человек, существо высокоразвитое. Взросление у него переносится на все более поздний срок, по крайней мере, в той части мира, которая мне знакома.

Людей, уже не молодых, но и не желающих становиться взрослыми, очень много. Если задаться вопросом, что отличает взрослого человека от незрелого – ответом будет чувство ответственности. Взрослый берет на себя ответственность за то, что происходит вокруг него: на работе, в семье, в отношениях с людьми. Ребенок же никакой ответственности ни за что не несет. Тинейджерское, ребячливое сознание, которое свойственно огромному количеству современных людей, окрашивает всю нашу современную цивилизацию в определенный новый цвет. Мне раньше казалось, что это свойственно России больше, чем Западу, но я стала все больше времени проводить вне своей страны, и я вижу, что это общая черта современного мир.

– «Зеленый шатер» был недавно переведен на финский язык. Как вам кажется, есть в ваших романах какие-то пласты и реалии, которые тяжело поддаются переводу на другие языки и в целом тяжело раскрываются  иностранному  читателю?

Восприятие текста – вопрос очень интересный. Например, на японский была переведена моя повесть «Сонечка». Очень многое в нем завязано на белом цвете. Белый в тексте символичен, но довольно хорошо зашифрован. В России из моих читателей это заметил только один человек. А в Японии газетная статья, посвященная повести, называлась «Симфония белого». То, что в моем родном культурном пространстве оказалось тайной шифровкой, было совершенно ясно японцам. Но разумеется, иногда в тексте встречаются вещи, которые требуют объяснения. Я противник большого количества сносок и комментариев. Я предпочитаю, чтобы какие-то острые, вызывающие непонимание вещи, из текста просто снимались и даю на это разрешение. Но в целом мои темы в основном  общечеловеческие, затрагивающие частное пространство, а частное пространство не настолько сильно различается в разных странах, как пространство социальное или культурное.

– Мне приходилось слышать мнение, что прочтение «Зеленого шатра» многих людей заставило разочароваться в диссидентах и инакомыслящих. Наверняка вы не ставили перед собой такой цели, занимаясь написанием романа, и все же так получилось. Что же вы хотели сказать о диссидентах этой книгой?

–  Человек, которого мы сегодня называем диссидентом, романтизированным героем точно не является. Мотивацией для написания этой книги послужило то, что молодое поколение, оказывается, к диссидентам относится очень плохо. Когда я это осознала, меня это очень разозлило и огорчило. Я поняла, что надо написать о них правду. Они были такими же людьми, как и те, кто их окружал. Но это были люди, которые первыми почувствовали, что свобода необходима, и  положили свою жизнь на то, чтобы ее добиться. Меня удивляет немного то, что вы сказали – что в диссидентах разочаровываются после моей книги. Они же живые люди, и все болезни общества поражали их той же мере, что и остальных.

- Возможно, это просто реакция на то, что рушится долго пестованная картинка, образ.

– Нынешние молодые люди винят диссидентов в той реальности, которая их окружает и которая им категорически не нравится. В их понимании диссиденты виновны в том, что разрушили прекрасный советский мир. И эта точка зрения сейчас поддерживается властью. Официально было заявлено, что потеря СССР – это великая геополитическая трагедия. А ведь это было крушение последней империи в мире, где имперская идея совершенно себя изжила. И поэтому вот этот взгляд с тоской на СССР – это взгляд назад, это переоценка ценностей, которая совершенно не способствует ни развитию, ни движению вперед. Это обращение к прошлому, и, между прочим, не самому привлекательному прошлому, лично с моей точки зрения.

–  Вы пережили это время лично. Люди, которые сейчас склонны идеализировать СССР, его не застали или застали в таком возрасте, когда еще не могли дать отрезку времени адекватной оценки, поэтому им легко фантазировать на эту тему.

–  Разумеется. Плюс на сознание влияют СМИ. 80% людей – это люди, которые свое мировоззрение выстраивают на том, что им с утра рассказали по телевизору или по радио. Эта же цифра отражает и количество людей, которые на данный момент поддерживают сложившиеся российско-украинские отношения. Это люди, которые верят во все, что им показывают по ТВ. Моя же задача как писателя – предложить людям подумать самостоятельно. Я не решаю никаких проблем, я ни на один вопрос не могу ответить со стопроцентной уверенностью. Но сам вопрос я вижу, вижу его грани и стороны, вижу, как его можно освещать с разных углов. Самое важное в моей работе – это показать проблему и то, как вокруг этой проблемы располагается спектр мнений.

– Вы в числе прочих представителей интеллигенции подписали антивоенное обращение к российским властям, в то время как многие деятели культуры и искусства официально поддержали политику Путина в отношении Украины. Это как-то отразилось на отношении к вам в России?

– У меня особенное положение. Я человек независимый, от государства ничего никогда не получала и получать не хочу. К счастью. Среди тех деятелей культуры, которые подписали письмо в поддержку Путина,  много таких, которые имеют театры, творческие коллективы, оркестры... Они питаются от бюджета и не могут себе позволить ссориться с властью.
Я не думаю, что всем этим людям, подписавшим это стыдное письмо, приятно от содеянного. Думаю, для многих это был вынужденный шаг для сохранения возможности работать. К счастью, писательство – дело одинокое. Я пишу – издатель публикует. Не опубликуют в России – ну так выйдет роман во Франции, в Германии, в Финляндии.

– В западных СМИ сравнительно недавно муссировалась тема о безумии Путина, основанная, скорее всего, на его непредсказуемости, и одновременно с этим были попытки объяснить секрет его популярности. Что вы об этом думаете?

– Я не верю в безумие Путина, хотя эту точку зрения слышала. Безумие – это то, что ему позволяют делать. Путин ведь действует только тогда, когда у него есть возможность преуспеть. Вся его политика построена на очень аккуратных и осторожных шажках вперед. Он пробует землю, если та из под ног не уходит – шагает. Вот если бы общество сказало нет – ничего бы не было и на Украине. Проблема в том, что «нет» нужно было говорить раньше. В современной политике, помимо агрессии, меня больше всего раздражает ее антикультурность. И это имеет ко мне прямое отношение. Нынешняя политика превращает Россию в страну варваров. Благодаря отвратительному телевидению, СМИ в целом, идет варваризация и дебилизация нашей страны. Постоянно происходит сжимание области культуры.

– Тема «пора валить» - она в российском воздухе витает постоянно. Понятно, что для вас это вряд ли актуально, тем не менее, вопросы эмиграции вами в книгах затрагиваются часто. А в реальной жизни ваше окружение, может быть, дети и знакомые – задумываются об эмиграции, в особенности сейчас, когда геополитическая ситуация снова к этому располагает?

– Позиция «пора валить»  имеет право на существование. Всегда и везде. Огромная и достаточно влиятельная страна – США –  построена теми людьми, которые в свое время решили, что пора валить. Я не осуждаю людей, которые уехали и выстроили новую жизнь за границей. Это ни в коей мере не легкий путь, я это знаю, и вы, я уверена, тоже это хорошо знаете. У меня много друзей и близких эмигрировало, кто в Европу, кто в Штаты, кто в Израиль, и я знаю, через какие тяжелые вещи им пришлось пройти. Но одновременно это еще и обогащающий опыт, ведь, по сути, человек проживает две жизни. Переход из одной культуры в другую  расширяет горизонты.

Есть большое количество людей, которые наивно думают, что уедут из России и все станет хорошо. Хорошо не будет нигде. Нет на земле такого места, где любому человеку автоматически станет хорошо. Все зависит только от личного умения выстраивать вокруг себя жизненное пространство. Довольно характерно, что те мои друзья, которые преуспевали в России, после первого эмигрантского шока и вживания сумели добиться успеха и в новой среде. Те люди, которые в России не могли найти себя и списывали все свои неудачи на отвратительный режим, в итоге не сумели вписаться и в новые обстоятельства.

"Валить или не валить" – это вопрос персональный. Он требует дерзости, отсутствия косности, готовности к приключениям, бесстрашия, и в целом это путь непростой.

Самые свежие: Новости

Главные новости

Новости

Посол РФ в Финляндии Кузнецов: Россия может в ближайшем будущем стать объектом очередной провокации Украины

Pavel Kuznetsov

Павел Кузнецов в своем выступлении на собрании Общества Паасикиви в Хельсинки объяснил финнам позицию России по актуальным вопросам международной политики. Председатель Общества Матти Ванханен назвал выступление посла "исключительно прямым".

советуем

Последние новости